Продукция Компания Клиентам Контакты Пресс-центр
04 фев 2016

Зимнее противостояние

Как мегаполисы справляются со снегом и почему бы москвичам не взяться за лопаты

На днях синоптики объявили в Москве предпоследний, оранжевый уровень опасности на дорогах, а горожанам рекомендовали не покидать своих домов. Теплые и бесснежные декабри скоро войдут в привычку, но резкая оттепель в конце января, в особенности после морозной, богатой снегом середины месяца, неприятно удивила москвичей, и особенно коммунальщиков.

Как леденеют тротуары

Тротуары вдруг превратились в идеальные катки, по которым невозможно передвигаться, иначе как на коньках. Сразу многим бросилось в глаза отличие в обледенении асфальта и плитки. Асфальт был почти без наледи, а плитка леденела идеально. Это в очередной раз заставило москвичей усомниться в целесообразности плиточного покрытия тротуара. Многие связали это с отсутствием стоков на тротуарах, что, конечно, неверно. Было бы чему стекать: толстая ледяная корка, смоченная сверху талой водой остается на плитке даже при положительной температуре. На ситуацию счел нужным отреагировать в своем Facebook архитектурный критик Григорий Ревзин.

«Когда лед образуется из-за резкого похолодания, на этот случай у нас есть городской протокол — едут машины разбрасывать соль с песком, — пишет Ревзин. — Но когда резко теплеет, асфальт льдом не покрывается, и на этот случай у нас протокола нет. А камень — он промерзает в глубину сильнее чем асфальт. И потому, когда рывком теплеет, то на поверхности вода, а в глубине плитки минус пять-семь. Тут никакие стоки не помогут — плитка покрывается идеально ровной наледью, как на катке, где подо льдом холодильник, а сверху проливают тонким слоем воды. Тут можно только сыпать соль и песок. Но поскольку городского протокола сыпать соль при потеплении нет (а это деньги), то никто и не сыпал. И возник новый протокол — обращение мэра к гражданам с призывом не выходить на улицу».

Помимо свойства как искусственного, так и природного камня промерзать, мостовая еще имеет швы, к которым лед примерзает цепче, чем к ровной поверхности асфальта. Во всяком случае практика наглядно показывает, что требуется отдельный регламент для мостовых, учитывающий особенности ее поведения в различных погодных условиях.

Меры по борьбе с наледью не так разнообразны. Мировая практика в этом вопросе сводится к известному нам кругу методов: механическое удаление, абразивные материалы (песок и каменная крошка), жидкие и твердые реагенты в различных сочетаниях. Мало кто в Москве рад лишнему поводу солить дороги и тротуары. У пешеходов портится обувь, автомобилисты ездят в грязных машинах с непрозрачными от грязи стеклами, а экологи волнуются за состояние городских почв, насыщаемых из года в год вредными веществами.

Питерский эксперимент

На этом фоне многие горячо поддержали смелый шаг питерских властей по отказу от использования жидких реагентов в Северной столице. Власти города решили посыпать проезжую часть и тротуары песчано-солевой смесью с десятипроцентным содержанием соли. Такая смесь не разжижает снег, а лишь разрыхляет его. Поначалу все выглядело весьма успешно. Снег успевали вывозить, жители оставляли довольные отзывы в соцсетях, согласно статистике на 10 процентов сократилось количество ДТП по сравнению с тем же периодом прошлого года. О переходе на песок с солью быстро стали говорить и в Москве. Однако обильные трехдневные снегопады в середине января обернулись для Питера чуть ли не стихийным бедствием. Механическую уборку снега было невозможно обеспечить своевременно. Город встал в 9-балльных пробках, газоны оказались завалены снегом. Первоначальный успех затеи с песком свели на нет экстремальные погодные условия.

Погода переменчива. Противостоять ей какими бы то ни было простыми методами неэффективно. Однозначных решений быть не может, а волевые решения, распространяющиеся сразу на весь город, рискованны. Московский опыт с плиткой и питерский — с песком ясно говорят об этом. Чтобы не жевать вершки, когда нужно есть корешки, нужны подробные регламенты для всего разнообразия погодных условий и разных покрытий, описывающие гибкую систему мер, обеспечивающих нормальное передвижение по городу. Возможно, питерский эксперимент было бы более целесообразно проводить на пилотном участке. Это дало бы возможность более объективно и взвешенно сравнить разные практики борьбы со снегом и льдом на дорогах и тротуарах.

Быстрее чем в Хельсинки

Как ни велик соблазн поговорить о русской безалаберности и лени коммунальных служб, а проблемы со снегом испытывают многие города мира. Для мегаполисов Европы снегопад имеет парализующий эффект, а не замедляющий, как в Москве. При сравнении городов мира, подверженных в той или иной степени снегопадам, Москва оказывается в числе первых по норме выпадающего за сезон снега. Близкое с нами количество снега (145 сантиметров) выпадает в канадских Торонто (133 сантиметра) и Калгари (129 сантиметров), Казани (154 сантиметра) и Санкт-Петербурге (129 сантиметров). Более чем вдвое меньше в Хельсинки (74 сантиметра), Нью-Йорке (64 сантиметра) и Осло (53 сантиметра). Среди этих городов Москва выглядит чемпионом по площади, вдвое превосходя своими квадратными километрами тот же Нью-Йорк и Питер.

Это служит хорошим объяснением высоких сезонных затрат столицы на уборку снега: более 17 миллиардов рублей против 10,5 в Нью-Йорке, 6,45 в Питере. Убрать 1 сантиметр снежного покрова с 1 квадратного километра ньюйоркцам обходится примерно в 135 тысяч рублей, а москвичам почти в 50 тысяч. Но давайте умножим этот показатель на 2,5, чтобы компенсировать прирост городских территорий пустыми, а следовательно, не очищаемыми от снега территориями Новой Москвы (Москва увеличила свою площадь более чем в 2 раза). Получим приблизительную цифру в 122 тысячи, что вполне соотносится с нью-йоркской.

Итак, Москву трудно записать в число городов, неэффективно борющихся со снежной и ледовой угрозой на дорогах. Более того, в Москве одни из самых строгих правил по уборке снега: он должен быть удален в течение суток против трех и трех с половиной суток в Нью-Йорке и Хельсинки соответственно. Кроме того, Москва — единственный город, где городские службы убирают снег из дворов и с крыш. Во многих мегаполисах даже городские тротуары муниципалитет чистит выборочно, не говоря о дворах, а в Хельсинки горожане вывозят снег за свой счет еще и с некоторых участков дорожного полотна.

Использование реагентов — тоже не наше ноу-хау. Применяемый в Москве хлорид натрия используют в Берлине. Немцы применяют реагент дозированно — на самых опасных участках дорог, но не стоит забывать, что и годовая норма осадков у них в шесть раз меньше. Хлорид магния применяют в Нью-Йорке и Монреале, пескосоляную смесь — в Питере и Казани. Самые экологичные решения используют в Скандинавии. Дороги и тротуары Осло просыпают горячим песком и мелким гравием, который вплавляется в лед, образуя абразивную поверхность. В Хельсинки применяют каменную крошку.

Свои плюсы и минусы есть как у реагентов (от твердых до жидких), так и у подсыпок механического действия (песок, каменная крошка). Реагенты плохо подходят для пешеходной зоны, вредя обуви и лапам животных, в случае ледяного дождя быстро смываются, портят городскую почву. Образуемая реагентами грязь затрудняет видимость водителям, кроме того, ее зачастую некуда сгребать с улиц зимой. При этом реагенты могут быстро и эффективно решить проблему при обильных снегопадах. Песок и каменная крошка безвредны, но их необходимо впоследствии собирать, чтобы на улицах не скапливалась пыль. В Швеции это делают специальными пылесосами, а крошку применяют повторно. Применение этого метода означает закупку дополнительного оборудования.

Выработать сбалансированную и гибкую систему мер по борьбе за безопасность зимних дорог и тротуаров — непростая, но выполнимая задача. Тем более что в нашем распоряжении не только российский, но и мировой опыт, предлагающий необходимое разнообразие решений.

Возьми лопату

В Троицке местные жители завалили вход в местное учреждение ЖКХ снегом, который его сотрудники не сумели вовремя убрать со двора. А ведь с теми же затратами могли просто убрать двор. Редкий городской житель в России воспринимает что-либо находящееся за порогом его квартиры как зону своей ответственности.

Собянин предложил нам поменьше выходить на улицу? Мы, конечно, возмущены: лед надо убирать, а не давать дурацкие советы. Трудно даже представить, как бы мы возмутились, если бы Собянин предложил нам не просто оставаться дома а, скажем, убирать снег и лед перед своим домом самостоятельно. Подозреваю, это могло бы стоить ему кресла. Между тем это обычная практика во многих снежных странах, где люди привыкли отвечать за себя. Владельцы магазинов, кафе и других бизнесов, а также жители домов убирают пешеходные участки перед своими домами самостоятельно. Подобное практикуется, к примеру, в США, а в некоторых штатах можно даже получить штраф за неубранный снег со своего участка тротуара. При этом штраф растет с каждым днем. Это даже веселее, чем платные парковки. Кроме того, добровольцы-снегоуборщики убирают чужие участки (немыслимо!), если они находятся в зоне ответственности пожилых людей или людей с ограниченными возможностями.

Чем хороша подобная «драконовская» мера? Во-первых, это прекрасный способ формирования ответственности за свой город. Во-вторых, это скажется положительно на формировании местных сообществ: лопата познакомит нас с соседями по лестничной клетке! В-третьих — погрести лопатой свой двор — прекрасный урок терпимого отношения к трудовым мигрантам. И наконец, городские службы благодаря помощи жителей смогут бросить все силы на более важные участки.

Среди дополнительных мер безопасности свое место в мировой практике занимает своевременное оповещение жителей об опасности гололеда, что и было недавно сделано. Также на улицах города могли бы появиться пункты с песком для самостоятельного применения. Все это, конечно, не снимает с городских властей основной ответственности за уборку снега и не оправдывает бесконтрольного применения реагентов, но давайте эту ответственность с городскими властями делить, как это делают во многих городах мира.